Коллекторы звонят каждый день: что законно, а что нет

Деятельность коллекторов по взысканию просроченной задолженности регулирует отдельный закон — 230-ФЗ «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности». В нём чётко прописаны ограничения, и часть того, что коллекторы делают на практике, этим ограничениям прямо противоречит.

Что коллекторы вправе делать

Закон разрешает личные встречи, телефонные звонки, SMS, сообщения по электронной почте и через мессенджеры — но с ограничениями по частоте и времени:

• звонки — не чаще одного раза в сутки, двух раз в неделю и восьми раз в месяц;
• личные встречи — не чаще одного раза в неделю;
• связь с должником допускается с 8:00 до 22:00 в будние дни и с 9:00 до 20:00 в выходные и праздничные дни.

Что уже нарушение

Звонки и сообщения родственникам, друзьям, коллегам, работодателю — допускаются только при письменном согласии должника на взаимодействие с третьими лицами, и это согласие можно отозвать в любой момент. Без такого согласия коллекторы не вправе обсуждать долг ни с кем, кроме самого должника.

Угрозы, психологическое давление, оскорбления — прямо запрещены законом, независимо от суммы и срока долга.

Превышение лимита звонков или времени связи, перечисленного выше, — тоже нарушение, даже если по существу коллектор прав в том, что долг действительно есть.

Что реально останавливает звонки

Фиксация нарушений и жалобы в надзорные органы (ФССП, которая ведёт реестр коллекторских агентств, и прокуратуру) работают, но занимают время и не решают саму причину звонков — долг остаётся. Два пути, которые устраняют проблему по существу:

Введение процедуры банкротства. С момента, когда суд вводит процедуру — реструктуризацию долгов или реализацию имущества, — требования кредиторов, включая проданные коллекторам, предъявляются только в деле о банкротстве. Прямые звонки и личное взыимодействие с коллекторами по этому долгу теряют правовое основание. Как правило, звонки от банков и коллекторов прекращаются в течение двух недель после введения процедуры и первого судебного заседания — не мгновенно, но предсказуемо быстрее, чем при попытках решить вопрос только жалобами.

Если долг продан коллекторам по договору цессии, это не препятствие для банкротства — для процедуры списания не имеет значения, кто именно сейчас является кредитором: банк или коллекторское агентство, купившее долг. Требование всё равно включается в реестр и списывается на общих основаниях.

А если просто сменить номер телефона

Смена номера — временная мера, которая не решает проблему: долг продолжает существовать, проценты по нему (пока не введена процедура банкротства) продолжают идти, а взыскание рано или поздно переходит на следующий этап — в суд и к приставам. Это откладывает разговор, а не закрывает вопрос.

Приставы — отдельная история

Приставы действуют по другим правилам, чем коллекторы, — они представляют государство и исполняют судебное решение, а не просто взыскивают долг по договору. У приставов тоже есть ограничения (например, закон сохраняет за должником прожиточный минимум при списании со счёта — для этого нужно подавать отдельное заявление), но это отдельная тема за рамками закона о коллекторах.

Коротко

Если коллекторы звонят чаще разрешённого, обсуждают долг с вашими родственниками без согласия или угрожают — это нарушение 230-ФЗ, и его можно и стоит фиксировать. Но если цель — не наказать коллекторов, а перестать получать звонки вообще, самый предсказуемый путь — ввести процедуру, которая снимает правовое основание для взыскания: банкротство физического лица.

Подробнее о защите от звонков и о том, что происходит с арестами счетов после введения процедуры, — на странице «Защита от коллекторов и приставов».